Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Умер один из авторов школьного учебника по истории Беларуси Андрей Соловьянов. Ему было 45 лет
  2. «Пользоваться нельзя будет». «Беларусбанк» призвал клиентов совершить одно действие, чтобы они не столкнулись вскоре с проблемами
  3. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  4. Вводят изменение, которое касается пересечения границы
  5. «Еле поступили». В Минобразования назвали самую популярную рабочую специальность
  6. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  7. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники
  8. В МИД Италии объяснили, как подозреваемый в диверсии мог получить визу в Минске. Посольство страны называют «самым щедрым» для туристов
  9. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  10. Забрали целый регион, назад отдали семь деревень. Вот как последний раз менялась граница Беларуси
  11. Подразделения Сил обороны Украины получили приказ соблюдать временный режим тишины на фронте — «Украинская правда»
  12. Помните вагнеровцев, которых перед выборами-2020 задерживали в Минске и обвиняли в сговоре с Тихановским? Узнали, как сложились их судьбы
  13. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  14. «Это она». Зеленский официально дал старт операции M&Ms против московских аэропортов — The Atlantic
  15. Ждать ли беларусам торнадо 4−5 сентября? Синоптики ответили
  16. Из-за этого правила можно попасть в пенсионную «ловушку». О нем знают явно не все
  17. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  18. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  19. Что будет, если под постом со свастикой оставить эмодзи-какашку? Представитель ГУБОПиК ответил
  20. Уроженец Беларуси с британским паспортом приехал в Россию на похороны бабушки. Его избили полицейские, а в СК посоветовали покинуть РФ
  21. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  22. Беларуска показала, сколько ей насчитали налога на «роскошное» авто. В комментариях некоторые удивились
  23. Лукашенко озадачился зарплатами в Минске
  24. «Вызывают у меня чувство глубокой брезгливости». Статкевич высказался о конфликте Тихановского с независимыми СМИ и блогерами
  25. На субботу объявили оранжевый уровень опасности
Чытаць па-беларуску


/

Накануне пятой годовщины президентских выборов 2020 года власти усилили давление на уехавших беларусов. Силовики и пропагандисты угрожают участникам уличных акций за границей. Обещают уголовные дела и аресты имущества, а в эфире госканалов уже перечисляют адреса недвижимости «экстремистов». Задействовали даже дипломатов. Но почему власть боится даже такой активности? Об этом «Зеркало» поговорило с социологом, бывшим директором Института социологии НАН Беларуси и старшим исследователем Центра новых идей Геннадием Коршуновым.

Светлана Тихановская на марше в Варшаве, 26 января 2024 года. Фото: t.me/vybory_smotri
Светлана Тихановская на марше в Варшаве, 26 января 2024 года. Фото: t.me/vybory_smotri

С 5 августа беларусские власти начали атаку на политических активистов и обычных участников акций за рубежом. Сначала Следственный комитет отчитался об установлении личности более 200 участников зарубежных акций в День Воли 25 марта текущего года. После чего пропагандист Игорь Тур в эфире ОНТ зачитал имена некоторых из них и адреса их недвижимости. А пропагандист Григорий Азаренок призвал конфисковывать имущество фигурантов уголовного дела и «пустить его на военно-патриотические клубы, социальные дома». Затем телеграм-канал ГУБОПиК пригрозил уголовными делами, обысками и арестами имущества участникам Марша Свободы и конференции «Новая Беларусь», которые пройдут в Варшаве 9−10 августа.

По мнению Геннадия Коршунова, у этой кампании запугивания есть несколько взаимосвязанных причин — от сугубо рациональных до социально-психологических. Социолог считает: главная мотивация властей в том, что они воспринимают любую организованную альтернативу как прямую угрозу своему существованию. И речь идет не столько о реальном влиянии оппозиции на ситуацию внутри страны, сколько о самом факте ее наличия.

— Само существование демократических сил и организованных горизонтально сообществ — это то, что режим воспринимает как экзистенциальную угрозу, — объясняет Коршунов. — Это угроза самому принципу существования системы, ее пониманию того, как должно быть выстроено общество. Только факт наличия альтернативы уже является тем, что должно быть уничтожено.

Второй важный мотив носит социально-психологический характер. По словам Геннадия Коршунова, события 2020 года нанесли властям глубокую травму, разрушив уверенность во всенародной поддержке.

— Такое простить невозможно, — считает эксперт. — То, что мы видим сейчас, — во многом реакция на ту травму. Это месть за то унижение и страх, которые власть испытала пять лет назад. Публичное перечисление адресов и угрозы конфискации имущества — не только инструмент давления, но и акт возмездия, который должен продемонстрировать силу и наказать «предателей».

По словам собеседника, опасение даже немногочисленных акций диаспор беларусов за границей — это не только травма прошлого, но еще и страх за свое будущее.

— Режим делает все, чтобы уничтожить саму возможность повторения подобного. Они стремятся разрушить потенциал для самоорганизации, чтобы в будущем не возникло ситуации, когда общество снова сможет быстро мобилизоваться, — говорит Коршунов.

По его мнению, хотя прямое влияние диаспоры на ситуацию в Беларуси сейчас ограничено, оно имеет накопительный эффект. Эксперт сравнивает этот процесс с рекой.

— Сейчас эта река, возможно, еще не меняет свое русло. Но это не значит, что завтра или послезавтра она не станет бурлящим потоком, способным серьезно повлиять на рельеф в Беларуси и всей Восточной Европе, — рассуждает социолог. — Власти боятся этого потенциала. Их действия — это смесь реакционной мести за прошлое и превентивного страха перед будущим.