Спецпосланник Дональда Трампа Кит Келлог в комментарии «Зеркалу» заявил, что в США в курсе, кто такой Александр Лукашенко и что он «освободит одного, а потом, вероятно, схватит еще двоих». Но отношения с ним Вашингтону нужны прежде всего для передачи посланий Путину. И даже в Минск, по словам Келлога, американские чиновники изначально ездили не для того, чтобы освобождать политзаключенных. Он отмечал, что главная цель — найти наилучшее возможное решение для войны между Украиной и Россией. Что это значит для Беларуси и не ставит ли под сомнение большую сделку о выходе всех на свободу? Об этом в новом выпуске нашего шоу «Как это понимать» рассуждают ведущий Глеб Семенов и аналитик Артем Шрайбман.
— Получается, освобождение политзаключенных для США не приоритет. Но зачем тогда они прилагают столько усилий, чтобы люди выходили на свободу? Ведь они проводят Лукашенко через не самый комфортный для него процесс, и он мог бы передавать послания Путину, наверное, меньшей кровью. Правда, может быть, без встреч с американскими дипломатами в таком случае.
— Я думаю, что Келлог в первую очередь говорил за себя. Он приезжал в Минск один раз, и очевидно, что это было в контексте урегулирования тогда еще идущего переговорного российско-украинского процесса. Но это не значит, что все остальные люди в администрации Трампа приезжают в Минск или взаимодействуют с Беларусью ровно из таких же соображений.
Например, Кристофер Смит (главный в Госдепе по Беларуси, под его визиты освобождали людей) занимался этой темой и непубличными переговорами с середины прошлого года, еще до прихода Трампа и Келлога в Белый дом. Очевидно, что Джон Коул, помощник Кита Келлога, который тоже часто бывал в Беларуси, работает в том числе на то, чтобы принести Дональду Трампу, своему начальнику, победу, которой является освобождение 1300 человек. Если бы это был абсолютно незначимый вопрос, то Трамп бы о нем не говорил.
Я не знаю других историй политзаключенных в мире, о которых бы Трамп вообще упоминал и требовал бы их освобождения. Он не «пинает» ни одну реальную диктатуру за политзаключенных. Поэтому считать, что это вообще не приоритет, тоже нельзя. Тема политзаключенных явно воспринимается Трампом как потенциальная гуманитарная победа, которая в следующем нобелевском сезоне может привести его в Осло (речь о возможном получении Нобелевской премии мира. — Прим. ред.).
Я думаю, это выглядит так. И дальше просто каждое звено бюрократии работает по своей программе, по своим приоритетам. Пользуясь тем, что у Америки все еще есть желание продвинуть мирный процесс и попробовать его запустить, подтолкнуть, активизировать с разных сторон. В том числе через контакты с Лукашенко.
Кстати, я думаю, что если мы рассматриваем долгосрочную устойчивость диалога США и Минска, то у темы политзаключенных здесь больше потенциала. Потому что передавать сообщения Путину — мы не знаем, продолжается ли это сейчас. Не знаем, насколько это было важно в процессе и чему помогло. Диалог Трампа с Путиным, кажется, прерван. Мы видим, наоборот, рассуждения, поставлять ли «Томагавки» в Украину. Соответственно, в такой ситуации посланник уже не нужен.
Это целиком зависит от циклов сложных взаимоотношений Москвы и Вашингтона. А политзаключенные, увы, у нас пока слабо исчерпаемый ресурс. Эта тема может продолжаться месяцами, если не годами. Здесь может быть много работы для американской дипломатии, и победа вполне очевидна. В украинско-российском урегулировании США не достигли практически ничего. Они усадили стороны на переговоры, произошли обмены пленными. Окей, это важное гуманитарное достижение, но скорее переговорных делегаций. Это происходило и до них, хотя и в других темпах.
Мы видим, что в самом урегулировании войны позиция Украины немного смягчилась, что, скорее всего, произошло бы и так под влиянием ситуации на фронтах. Поэтому тут победа не гарантирована. А с политзаключенными — что ни приезд, то победа. Что ни приезд, то выходят люди. Поэтому я вижу эту тему как потенциально более интересную даже для Трампа.
— Если череда побед для американской дипломатии, чиновников, истеблишмента закончится и Лукашенко перестанет выпускать на свободу политзаключенных, американцы диалог с ним прервут?
— Если будет о чем говорить, то будут говорить. Просто если он станет однозначно саботировать процесс, который даже Трамп обозначил как приоритетный, думаю, это может создать проблемы для следующих визитов.
Они могут обсуждать (не обязательно на визитах, а по телефону) темп процесса [выхода политзаключенных]. Но если ты не хочешь сейчас отпускать, скажи, что хочешь торговаться. Это возможно и может продолжаться даже без освобождений.
Но глобально зачем к Лукашенко приезжать без этого контекста и конкретных шагов со стороны Минска? Непонятно. Только если мы не увидим какого-то неожиданного возврата к перезапуску мирных переговоров. Например, Зеленский согласится приехать в Минск или встретиться с Трампом, с Путиным. Или Трамп с Путиным договорятся, что им приятнее встретиться в Минске, комфортнее, чем Трампу в Москву лететь. Кто знает?
Но это уже абсолютно другой уровень разговора. Прямо сейчас повестка — политзаключенные и санкции с той стороны. Если она застопорится со стороны Минска, то разговор будет ждать своего нового окна возможностей.
Поблагодарить за статью