Бывший дипломат Павел Мацукевич вернулся к теме выбора одежды высшими должностными лицами. Повод для возвращения к протокольной теме любезно предоставил непротокольный верх Александра Лукашенко, а именно темная ветровка, напоминающая бомбер, и белая майка. В них или похожих на них он инспектирует хозяйства, районы и области Беларуси, а в понедельник, 25 ноября, торжественно высадился в Пакистане для совершения официального визита в эту страну, пишет Мацукевич в своем телеграм-канале «Пульс Ленина-19».
На этом же стиле Александр Григорьевич после Исламабада двинул на саммит ОДКБ в Астану, но об этом чуть позже.
Бомбер, который орет
У трапа в Исламабаде, к которому пришвартовался беларусский борт номер 1, ветровку Лукашенко и его самого встречали пакистанская рота почетного караула и важные официальные лица обеих стран. И среди них лично премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф — реальный глава этой парламентской страны (президент тоже есть, но его власть номинальная).
Все встречавшие, включая пакистанского премьера, как и требовал официальный случай, были в строгих костюмах и при галстуках либо в униформе. Только Александр Григорьевич позволил себе протокольную фривольность там, где протокол никаких вольностей вообще не допускает.
Дело в том, что встреча в аэропорту высокого зарубежного гостя во всех без исключения странах является важным ритуалом, с которого начинается визит в страну. Особенно в случае официального визита, а приезд в Пакистан носил именно такой статус. Это означает четкие церемонии и строгие требования, в частности, к внешнему виду как прибывающих, так и встречающих официальных лиц.
Пренебрежение ими может быть считано как знак неуважения со стороны того, кто ими пренебрегает.
Не думаю, что Александр Лукашенко хотел подать такой знак своему пакистанскому другу, но его бомбер и майка сделали это за него вопреки его воле. Пока он молча ковылял по ступенькам трапа, они всем своим неуместным видом кричали на языке протокола что-то неприличное.
И продолжали кричать, когда он улыбался, пожимая протянутые руки встречавших у трапа.
Пакистанцы, как и следовало, проигнорировали этот крик. Вежливость и гостеприимство требуют от принимающих лиц не подавать вида по случаю протокольных изъянов, допускаемых гостями в поведении или в одежде, не устраивать по этому поводу сцен или демаршей. Тем не менее незамеченными такие проколы никогда не остаются.
После Пакистана Александр Лукашенко отправился в Казахстан для участия в саммите ОДКБ. К встречающим у трапа в Астане Александр Григорьевич вышел одетым в бомбер, что тоже не комильфо, несмотря на то, что этот визит имел статус пониже — рабочий. Его встречал премьер-министр Казахстана, и он был не в бомбере.
Кстати, тот факт, что Владимира Путина, который прибыл в Астану раньше Лукашенко и иных участников саммита ОДКБ, встречал лично президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, а не премьер-министр, как в беларусском случае, сам по себе не имеет никакой крамольной подоплеки.
Разница объясняется тем, что президент РФ прибыл в Казахстан с государственным визитом, совмещенным с участием в саммите, а остальные гости, включая беларусского, — только на саммит.
Под видом доставщика пиццы
Нарушения дресс-кода характерны не только для Лукашенко, который с возрастом позволяет себе все больше (и все меньше стране) свободы от условностей.
Летом во время официального визита в Латинскую Америку отличился премьер-министр Беларуси Роман Головченко. Турне начиналось с Венесуэлы. В аэропорту Каракаса, где его встречал министр иностранных дел этой страны, Роман Головченко предстал в том, в чем летел, — в джинсах и сникерсах. При фотографировании у флагов эти элементы внешнего вида премьера смотрелись особенно неуместно.
Отходом от протокола в одежде грешат не только официальные лица Беларуси.
Пожалуй, самые смелые луки, нарушающие протокольные запреты, иногда допускает один из самых активных дипломатов наших дней — министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто. Например, как-то с визитом в Бахрейн он прибыл в майке и шортах, словно на пробежку, а в Китай — в желтой байке, как веселый доставщик пиццы.
Есть и противоположные примеры — наоборот очень трепетного отношения государственных деятелей к протокольным требованиям к одежде. Такой пример дает Адольф Гитлер. В мемуарах Вальтера Шелленберга («Лабиринт») описывается эпизод, когда рейхсканцлер посещал с визитом Италию.
Это май 1938-го, Неаполь. Гитлер уже переоделся для торжественного представления в опере Сан-Карло, но ответственные за протокол сообщили, что произошел сбой в программе и перед оперой ему необходимо вместе с итальянским королем пройти вдоль строя почетного караула.
Времени для переодевания не оставалось. В результате, как писал Шелленберг, можно было наблюдать картину — для Гитлера крайне неприятную, а для публики весьма забавную, как король в парадной форме и Гитлер возле него во фраке явились на парад.
Этот фрак стоил должности начальнику протокольного отдела МИД Германии, который был «незамедлительно снят».
Начальник протокольной службы МИД Беларуси, который сопровождает Лукашенко на визитах, скорее потерял бы свою должность, если бы рискнул шепнуть Александру Григорьевичу, что бомбер и майка совсем не катят для зарубежных визитов — ни для прилета, ни для отлета. Не катят они и для встреч/проводов зарубежных гостей, как это было, например, на проводах Путина в аэропорту Минска в мае этого года. Шеф протокола не рискнул.
Однако вернемся в Исламабад. Это уже третий по счету приезд Лукашенко в Пакистан и все они приходятся на последнее десятилетие. Если проследить эволюцию внешнего вида первого лица Беларуси в ответственный момент прибытия, то легко установить, что изменения не в лучшую сторону.
Впервые Лукашенко посетил эту страну с официальным визитом в мае 2015-го и тогда вынырнул из люка своего самолета в костюме и белой рубашке, но без галстука, что тоже было отходом от протокола, но совсем не таким значительным, как сейчас.
В следующий раз Лукашенко побывал в Пакистане в октябре 2016-го. В момент прибытия на нем был костюм, но место белой рубашки заняла черная, что еще больше не вязалось со статусом визита, чем отсутствие галстука.
Содержание двусторонних отношений с Пакистаном не является темой этого выпуска, но кое-что, что их, по-моему, неплохо характеризует, все же приведу как заключение для этого текста.
Лукашенко давно определил развитие внешней торговли в качестве главной задачи беларусской дипломатии. И вот как с ней справляются власти в отношениях с Пакистаном.
Еще в 2015-м Лукашенко самолично увидел предпосылки для увеличения товарооборота с Пакистаном до миллиарда. Об этом он заявил в Минске на беларусско-пакистанском форуме, приуроченном к визиту премьер-министра Пакистана в Беларусь.
Через год, в 2016-м, он подтвердил свое заявление в форме категорического поручения: «Мы договорились с премьер-министром в течение четырех лет вывести наш товарооборот на уровень 1 млрд долларов. Как хотите договаривайтесь между собой, но через четыре года 1 млрд, не меньше (больше можно), должен быть».
Несмотря на это «жесточайшее» поручение, а также все визиты, встречи и форумы, товарооборот с Пакистаном как был на уровне 50−65 млн долларов год, так там все эти годы и телепается, являя собой пример 10-летнего застоя. По крайней мере, в торговле.