Подпись за альтернативных кандидатов в 2020 году после выборов превратилась едва ли не в клеймо. За это беларусов стали увольнять из государственных организаций и предприятий, а найти новое место в этой сфере оказывалось практически невозможным. Такая практика продолжается до сих пор. Однако на днях BYPOL сообщил, что теперь негласно разрешили брать на работу подписавшихся «не за того» кандидата. Значит ли это, что найти место в госорганизациях теперь станет проще? «Зеркало» проверило.
Откуда информация у BYPOL?
Представитель BYPOL Александр Азаров рассказал «Зеркалу», что негласное распоряжение нанимать тех, кто подписался за альтернативных кандидатов, пришло «сверху» в одно из государственных учреждений (какое именно, он не назвал). Азаров утверждает, что это было еще в феврале. Но от кого именно распоряжение, он не знает.
— Люди поясняют, что с самого верха пришла разнарядка. То есть без конкретики. По нашему видению, это позиция государства, изменились подходы, — сказал экс-силовик и отметил, что уверен в источнике информации.
«Может повлиять. Могут не согласовать»
Чтобы проверить информацию BYPOL, журналистка «Зеркала» под видом соискательницы обзвонила различные государственные предприятия и учреждения. По легенде, она больше 4,5 года назад оставила подпись за Виктора Бабарико.
Первыми посмотрели вакансии в столице. Так, Минскому тракторному заводу сейчас нужно закрыть 27 позиций. Мы откликнулись на вакансию кладовщицы (обещают 1500−1900 рублей до выплаты налогов). Судя по всему, люди там даже очень нужны: уже во время звонка предложили приехать с документами и посмотреть цех.
— Скажите, а если я в 2020 году подписывалась за Виктора Бабарико, смогу устроиться?
— Может повлиять. Могут не согласовать, — засомневалась сотрудница отдела кадров. — Но подъехать можно, подадите заявление и будете ждать.
На вопрос, какая вероятность, что удастся получить работу, точного ответа у нее не нашлось: «Скажем так, это не мое решение».
После этого позвонили в «Минскхлебпром», который ищет 322 работника. Оказалось, что вакансия укладчицы-упаковщицы с зарплатой 1140−1270 рублей уже не актуальна. Тогда специалистка отдела кадров поинтересовалась образованием (вероятно, чтобы предложить другое место). Но когда узнала, что устроиться по специальности не получается из-за подписи за Виктора Бабарико, энтузиазм потеряла.
— Наверное, вам тут тоже не смогут помочь, — вздохнула собеседница. — «Хотя бы на завод» не сможете [устроиться].
Непростая кадровая ситуация и на Минском моторном заводе. Среди 109 вакансий (причем пустых рабочих мест 418) выбираем позицию инженера-конструктора (оплата 1700−2000 рублей). Но, несмотря на значительную нехватку людей, обнадеживать не спешат: подпись все же играет роль.
— Наверное, [смысла откликаться на вакансию] нет, потому что у нас же проверки проводятся.
— То есть лучше дальше искать?
— Да.
«Не могу сказать, на сколько процентов, но вероятность такая есть»
Попытав счастья в Минске, решаем обратить внимание на регионы. На жодинском БЕЛАЗе ищут аж 931 человека. Звоним по вакансии кладовщицы (зарплата 1100 рублей). Вакансия свободна. А как с подписью за Бабарико?
— Надо анкету заполнить, можно онлайн или у нас на месте. А проверку я не провожу, поэтому не могу сказать, будут ли последствия, — рассказали в отделе кадров.
Решаем испытать удачу на бобруйской «Белшине». Здесь требуется 30 человек, в том числе и кладовщик (на 900−1000 рублей). Но и тут не особо везет: на вопрос о том, можно ли будет устроиться, если подписывалась за Бабарико, сотрудница отвечает сухо и коротко:
— Я к этому вопросу не имею никакого отношения, поэтому подсказать ничего не могу.
На ликеро-водочном заводе в Климовичах мы обнаружили пять вакансий. Откликаемся на должность наладчицы оборудования в производстве пищевой промышленности с зарплатой в 1100-1300 рублей. Оказывается, что место занято и сейчас человек проходит медосмотр. Но на всякий случай (мало ли, что-то не сложится), интересуемся: возьмут ли, если в 2020 году поддержали Бабарико, а не Лукашенко?
— Не знаю, — неловко рассмеялась представительница предприятия и больше ничего не ответила.
Затем позвонили в новополоцкий «Нафтан». На его сайте размещено около 50 вакансий. Спрашиваем о позиции инженера для супруга (предлагают платить от 1658 до 2336 рублей).
В отделе кадров на вопрос о подписях в 2020-м уточнили, единственный ли это случай несогласия с действующей властью. Услышав, что «больше ничего нет», предложили заполнить анкету на сайте.
— Я вам так сразу не отвечу, [есть ли смысл отправлять резюме]. Мне сначала нужно видеть отчество, дату рождения, опыт работы. Так пусть он заполнит анкету, я уточню, посмотрю, и тогда с ним непосредственно созвонимся, — сказали в отделе кадров.
На вопрос, какие есть шансы, что возьмут, собеседница ответила обтекаемо, но оставив надежду:
— Не могу сказать, на сколько процентов, но вероятность такая есть.
«Это раньше было ничего такого. А сейчас видите что»
Мы попробовали устроиться и в другие государственные организации и учреждения. Начали со столицы. В детском саду № 315 требуется повар. Платить обещают от 726 до 1100 рублей. Но, чтобы устроиться туда, придется повозиться.
— Я вам так скажу: надо будет формировать запрос и отправить его в РУВД с вашего согласия. А уже исходя из ответа разговаривать, — объяснили в отделе кадров. — Возможно, там уже срок вышел правонарушения, которое вы допустили (так собеседница назвала поддержку выдвижения Бабарико в президенты. — Прим. ред.). Это совершенно другой разговор. Поэтому для начала надо подъехать сюда ко мне с паспортом, сформировать нам с вами запрос и отправить его туда.
— Но ведь это не правонарушение, это же подпись за кандидата. Зачем тогда проверки? Чтобы убедиться, что ко мне нет других вопросов?
— Чтобы убедиться, имеете ли вы право работать в учреждении образования, если где-то там у вас были допущены нарушения. <…> Может, это [оставление подписи] к ним не имеет абсолютно никакого отношения. Поэтому надо посылать запрос.
В Городской гинекологической больнице Минска требуется восемь человек. Мы решили отозваться на наиболее простую должность санитарки.
— Вы к нам приходите и беседуете, узнаем характеристику с прежнего места работы, и руководитель решает, принимать вас или нет, — рассказала сотрудница отдела кадров и ничего не сказала о том, повлияет ли на решение бэкграунд 2020 года.
Наудачу попробовали найти место в областном центре. Приглянулась вакансия уборщицы помещений на «Гомельоблавтотрансе», который ищет 23 сотрудника. Но оказалось, что подпись за альтернативного кандидата — проблема и здесь.
— Блин, смотрите, это не мы будем рассматривать [то, что вы подписывались], — рассказали на предприятии. — И если дадут добро… Это от них все зависит.
— Но я думала, что хотя бы для уборки это не принципиально. То есть не факт, что возьмут?
— Не факт. А вы за Тихановскую голосовали?
— Я подписи ставила за выдвижение, и Бабарико тоже. Ничего же такого, все законно было.
— Это раньше было ничего такого. А сейчас видите что.
Поблагодарить за статью