Минчанка Анна рассказала о тяжелых родах в 5-м роддоме, где весной появился на свет ее сын весом 5130 граммов. По словам женщины, ей отказали в кесаревом сечении, а во время родов она столкнулась с давлением и грубым отношением. После жалобы комитет по здравоохранению Мингорисполкома начал проверку.
Свою историю Анна опубликовала в Threads.
Она рассказала, что приехала в 5-й столичный роддом 18 апреля со схватками. У беременной был заключен договор на партнерские роды, однако сначала мужа отправили домой, а ее поместили в предродовую палату.
Около семи утра женщине сделали УЗИ.
«Врач сказала: „У плода очень большой животик“, в заключении написала предположительный вес 4500 г, но сказала мне, что это максимум, который она может написать, но плод, возможно, крупнее. Я испугалась. Я понимала, что рожать самой такого ребенка — это риск для нас обоих», — рассказывает Анна.
После этого роженица попросила сделать ей кесарево сечение, опасаясь рисков естественных родов с крупным плодом. Однако, по ее словам, одна из проводивших осмотр врачей Екатерина Пацевич положила руку ей на живот и сказала: «Максимум 4200».
«Позже на комиссии от комитета здравоохранения мне скажут, что мне это показалось, она просто измеряла высоту стояния дна матки и окружность живота… Без сантиметровой ленты. Просто на глаз. Ошибка оказалась больше чем на 900 граммов», — пишет женщина.
Анна утверждает, что показаний к операции врачи не увидели и предложили вскрыть плодный пузырь, однако она поначалу отказалась, поскольку опасалась стимуляции родов при крупном плоде. На что якобы получила ответ от второго врача Юлии Малухи: «Тогда подписывайте отказ. Там написано, что ты принимаешь все последствия вплоть до гибели плода».
«Это не шутка. Мне угрожали смертью моего ребенка, чтобы заставить согласиться на процедуру. Я испугалась. К тому моменту я уже не спала сутки. И мне прокололи пузырь», — рассказывает Анна.
После этого, по словам женщины, начались интенсивные схватки и ее перевели в индивидуальный родзал. Минчанка также уточнила, что после этого туда приехал ее муж и оставался с ней часть времени:
«Мужа пустили, и он присутствовал во время схваток, держал датчики КТГ на животе, в то время как две акушерки держали меня, и искал врачей в те 40 минут, которые я ждала анестезию».
Анна утверждает, что эпидуральную анестезию в какой-то момент попросила из-за сильной боли, однако акушерка «где-то бегала, приходила, приходила, говорила, что врач в операционной, уходила еще на какое-то время». В итоге врач Юлия Малуха пришла через 40 минут.
«К тому моменту я была в болевом шоке, не могла связно говорить и просто умоляла сделать анестезию. На что она ответила: «Раскрытие 4 см, рано». И вместо эпидуралки мне вкололи диазепам — транквилизатор, который отключает сознание, но не убирает боль, и запретили вставать. <…> В какой-то момент я не смогла уже и нормально дышать, просто кричала от боли, и в это время врач подошла к кровати и спросила: «А зачем вы приехали? Думали, рожать не больно?» — рассказала женщина.
Спустя примерно 6,5 часа «кромешного ада» у нее родился сын весом 5130 граммов и ростом 56 сантиметров.
По словам Анны, после родов у нее появились проблемы со здоровьем.
«Выписали меня с инфекцией мочеполовых путей, назначив лишь один растительный препарат, нежелательный при ГВ (грудном вскармливании. — Прим. ред.). Через пять дней я пришла уже к своему врачу, которая вела мою беременность, снимать швы, и она была в шоке от увиденной картины. Мне поставили подозрение на абсцесс, назначили курс антибиотиков. Хирург даже настаивал на операции, но мы решили подождать результатов медикаментозной терапии, она помогла, ужасные боли начали потихоньку стихать», — написала она.
11 августа Анна подала жалобу в Минздрав. Ее перенаправили в комитет по здравоохранению Мингорисполкома, где была создана комиссия.
Женщина утверждает, что во время разговора с представителями комиссии ей сообщили, что применение диазепама было оправданным, кесарево сечение ей не было показано, а сведения в медицинской документации соответствуют протоколам.
«Все по протоколам, все правильно. Им важно только то, что написано в бумагах. Даже если эти бумаги — ложь», — написала она.
Ситуацию 28 августа прокомментировал Комитет по здравоохранению Мингорисполкома. Там заявили, что окончательных выводов комиссия пока не сделала.
«Официально Комитет по здравоохранению информирует: по поручению Министерства здравоохранения Республики Беларусь комитетом была создана комиссия, которая проводит экспертизу качества медицинской помощи, оказанной в 5-м роддоме молодой маме и её новорожденному ребенку. На сегодняшний момент комиссия подробно изучает медицинскую документацию, объяснительные записки медицинского персонала, договор по возмездному оказанию медициной помощи», — говорится в сообщении ведомства.
Там также подтвердили, что во время родов присутствовал отец ребенка.
«Была проведена встреча с заявительницей, на которой были заданы уточняющие вопросы. Подтверждено присутствие папы на родах. Маме подробно даны ответы на все вопросы. По окончанию работы комиссии заявитель получит письменный ответ», — сообщили в комитете.
Ведомство также обратилось к женщинам, которые обсуждали ситуацию в соцсетях и, в частности, возмущались решением врачей не делать роженице кесарево сечение:
«Уважаемые будущие и нынешние мамы, общаясь в соцсетях, очень просим вас учитывать тот факт, что кесарево сечение — это не просто «взяли разрезали, достали ребенка и зашили». Это очень даже опасная операция, после которой кучу рисков осложнений и последствий. А еще далеко не всегда такое уж легкое и быстрое восстановление».
Этот ответ вызвал волну критики в комментариях, хотя звучали и слова поддержки в адрес врачей:
- «Так, комитет по здравоохранению. Можете подробнее свою позицию высказать? У нас теперь крупный плод не является показанием для кесарева сечения, вы издеваетесь над нами тут? Опять 5 роддом со своей карательной политикой. Вам не кажется, что если в роддоме самый низкий процент кесаревых сечений, то это не говорит о какой-то суперквалификации врачей, а говорит о том, что они идут на огромный риск. Но рискуют не собой и своими детьми, а чужими детьми и женщинами? Да, КС (кесарево сечение. — Прим. ред.) — не простая операция».
- «Если кесарево — опасная операция, то почему все же процент успешного КС очень высокий, а во многих странах его можно сделать или по желанию, или по показаниям уровня «боязнь родов» или «сильная боль», т.е. вполне себе, если женщина хочет, его сделают? Что-то нет там удручающей статистики по исходам КС. И да, КС 20 лет назад и сейчас — это очень и очень разные вещи. Дайте женщине право выбора и информированного согласия, и увидите, насколько меньше станет подобных историй».
- «Когда 10 лет назад я рожала, у меня тоже был крупный плод, 57 см и 4920 [кг]. Меня тоже вот так хотели отправить на ЕР (естественные роды. — Прим. ред.), потому что при поступлении наощупь определили, что должен быть [вес] 3600 [кг], не больше, и не сделали узи. Я промучалась в стимуляции и схватках с 9.00 до 14.00, и потом завотделением предложила ЭКС (экстренное кесарево сечение. — Прим. ред.). Я согласилась не раздумывая. Ребенка достали фиолетово-синего, как смурфика. Если бы было УЗИ, то КС было бы плановое. Это был 1 роддом. На второго ребенка так и не решилась».
- «Доверяю объективной проверке, а не постам в соцсетях. Медики 5-го роддома — высокие профессионалы, и их ежедневный труд заслуживает уважения».
Сама Анна сейчас ищет других женщин, которые, по их словам, сталкивались в 5-м роддоме с грубым отношением, давлением или ошибками при диагностике, и просит их связаться с ней. Ее сыну сейчас четыре месяца. По словам матери, он здоров.
