16 августа Игорь Кузнецов получил уведомление о том, что его контракт, истекающий в конце октября, не будет продлен. Доцент, кандидат исторических наук, исследователь сталинских репрессий преподавал в университете 23 года. И вдруг оказался ненужным на кафедре дипломатической и консульской службы факультета международных отношений БГУ, пишет «Салідарнасць».
Игорь Кузнецов пришел на работу в БГУ в 1998 году. 16 августа 2021 года он получил уведомление о том, что заключенный с ним до 27 октября контракт на новый срок продлеваться не будет.
По словам Игоря Кузнецова, поводом для такого решения стало интервью порталу «Салідарнасць» о том, можно ли было избежать войны в 1941 году и кто на самом деле несет ответственность за чудовищные потери Советского Союза. Уже через два часа после публикации на сайте «СБ. Беларусь сегодня» появилась авторская колонка Андрея Муковозчика, который предложил «начать разбираться с учеными-коллаборантами».
В заочном споре с профессиональным историком оппонент перепутал первоисточник, где вышло вызвавшее его «накипание» интервью, и оперировал фактами из "Википедии" и книг другого — российского — историка.
Автора текста Муковозчик окрестил «недожурналисткой», историка называл «дрянью» и «духовным наследником фашистских приспешников»; обвинил во лжи, фальсификации, очернении народной памяти (и далее по списку), требовал «не доверять такому научный и образовательный процесс» и проверить «по основным направлениям недопущения реабилитации нацизма в соответствии с законом», возбудить производство и провести следствие.
А между строк — ремарка: «Есть ведь места, где ни они нам мешать не будут, ни мы их лишний раз не потревожим».
Текст колонки возмутил Игоря Кузнецова, и он написал заявление в прокуратуру.
— В том самом интервью, которое «препарировал» (Андрей Муковозчик. — Прим. Zerkalo.io), выдернув отдельные цитаты, автор издания — замечу, находящегося в ведении Администрации президента, — нет вообще ни слова на эту тему. Мы обсуждали просчеты советского руководства и предысторию, которая привела к такому результату. Поскольку уже прошло достаточно много времени, думаю, если бы прокуратура могла найти повод для возбуждения дела, это бы уже произошло.
После этого интервью декан предложила Игорю Кузнецову написать заявление «по собственному желанию». На вопрос о причине такого резкого разрыва услышал ответ, что за интервью, данное не вовремя.
— Честно говоря, если мне хотели нанести удар — это получилось. Потому что происходящее очень сложно переживать и в моральном, и в материальном отношении, — сообщил Кузнецов. — Но тему [политических репрессий], в которой я работаю, совершенно точно не оставлю, более того: появится дополнительное время для этого. Поэтому, если кому-то хотелось, чтобы я замолчал, — такого не будет. То, что я делал в течение этих 23 лет работы в БГУ, я осуществлял в соответствии со своей совестью и убеждениями, и надеюсь, отчасти благодаря, в том числе, и моей работе, за это время с ФМО вышло много думающих, толковых специалистов.
Примечательно, что в 2017 году редакция «СБ. Беларусь сегодня» организовала круглый стол «Куропаты — мемориал памяти и скорби», пригласив к участию зампредседателя КГБ Игоря Сергеенко (теперь глава Администрации президента. — Прим. Zerkalo.io), уполномоченного по делам религий и национальностей Леонида Гуляко, доктора исторических наук Александра Коваленю, декана ФМО БГУ Виктора Шадурского, кандидатов исторических наук Владимира Адамушко и Игоря Кузнецова. Собравшиеся говорили о том, что Куропаты должны стать общенациональным мемориалом, куда «должны приходить ребята из БРСМ и „молодофронтовцы“, все, кто любит Беларусь и желает ей добра».
А всего-то через два года Игорь Кузнецов, с точки зрения идеологов, внезапно перестал быть компетентным специалистом. Его и кандидата исторических наук Дениса Мартиновича легким взмахом пера записали в «лжеисторики». Так называлась статья Андрея Муковозчика, опубликованная на сайте издания Администрации президента. Вскоре после обращения ученого в редакцию она исчезла из электронной версии газеты — но и опровержения распространенных сведений не последовало.
Историк обратился в прокуратуру с иском о клевете. Однако ведомство «спустило» жалобу в районное УВД, а то ответило, что «повода для начала административного процесса нет».
Громкие слова публициста расценили как «личное мнение», а лингвистическая экспертиза, на которой настоял историк, сочла оскорбительные высказывания «оценочным суждением», а не фактом, который подлежал бы юридической оценке.
Игорь Кузнецов и сегодня, вспоминая ту попытку защитить свои честь и достоинство, горячится:
— Получается, ни мой исследовательский опыт, ни защищенная почти 30 лет назад диссертация о массовых репрессиях на территории Западной Сибири и реабилитации жертв террора — одна из первых, если вовсе не первая, на эту тему — не преграда для голословных обвинений и в том, что я «ангажированный лжеисторик»!