Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Санитарка со слезами на глазах резала кремовое платье». Россиянка рассказала, как в день свадьбы попала в лобовое ДТП на трассе под Минском
  2. В Польше за отмывание денег задержана беларуска и восемь украинцев
  3. Три месяца вагнеровцы вывозят золото из ЦАР в Беларусь — WSJ
  4. «Что захотим, то и сделаем». История убийства минской журналистки Вероники Черкасовой, которое пытались повесить на ее 14-летнего сына
  5. Z‑блогерке, которая часто выступала в беларусских госСМИ, дали срок за «призывы к экстремизму»
  6. «Я в дружбу не верю теперь». Поговорили с Никитой Золотаревым, который провел всю юность в тюрьме, о мести и упущенном времени
  7. Самую дорогую виллу у Минского моря продали за 4,45 миллиона долларов. «Зеркало» узнало, кто ее приобрел
  8. Консервы из кильки и не только. Опубликован список товаров, которые запретили ввозить из Латвии
  9. Что будет с курсом доллара во второй половине октября: прогноз по валютам
  10. Украина бьет по России, а последствия может ощутить Беларусь. Экономист назвал главные риски
  11. «Белтелеком» повышает тарифы с 1 ноября
  12. «Зеркало» выяснило, кому принадлежала квартира, которую родители тройни получили «от Лукашенко»


Два года назад, 28 сентября 2021-го, в перестрелке в минской квартире на улице Якубовского погибли IT-специалист Андрей Зельцер и сотрудник КГБ Дмитрий Федосюк. После этого прошла волна задержаний за комментарии в соцсетях за этот инцидент. Спустя два года известно о как минимум 125 задержанных, пишет правозащитный центр «Вясна».

Скриншоты из оперативной съемки КГБ
Скриншоты из оперативной съемки КГБ

«На данный момент правозащитникам известны фамилии 125 задержанных по делу, не менее 14 из которых осудили. Абсолютное большинство из них было лишено свободы», — сообщила «Вясна».

Следственный комитет заявлял, что в отношении 136 задержанных были возбуждены уголовные дела по ст. 369 УК (Оскорбление представителя власти) и ст. 130 УК (Разжигание иной социальной розни).

Инцидент на Якубовского

28 сентября 2021 года силовики ворвались в квартиру на минской улице Якубовского, произошла перестрелка, в результате которой погибли два человека. Смертельно ранен был сотрудник КГБ Дмитрий Федосюк с позывным Нирвана. Погиб также IT-специалист Андрей Зельцер.

По сообщению КГБ Беларуси, сотрудники пришли в квартиру в ходе «отработки адресов, в которых могли находиться лица, причастные к террористической деятельности». КГБ заявлял, что по сотрудникам открыли огонь из ружья на поражение, а стрелявшего убили ответным огнем.

Следственный комитет возбудил уголовное дело по ч. 2 ст. 139 (Убийство лица в связи с осуществлением им служебной деятельности).

В последующие дни пресс-служба КГБ сообщила, что за комментарии в соцсетях под публикациями о погибших было задержано порядка 200 человек, в отношении них были возбуждены уголовные дела по ст. 130 и ст. 369 Уголовного кодекса.

Для задержанных по «делу Зельцера» ни в ИВС, ни в следственной тюрьме №8 не принимали передачи в течение более полутора месяцев. Людей ограничивали в переписке, получении посылок и в некоторых случаях — встречах с адвокатами. Причиной таких ограничений сотрудники жодинской тюрьмы называли «карантин по коронавирусу».

Полтора месяца заключенные сидели в переполненных камерах в той одежде, в которой были задержаны, без средств гигиены и теплых вещей.

Правозащитники «Весны» обратились к спецдокладчикам ООН по поводу жестокого и бесчеловечного обращения с задержанными. Обращение было направлено к спецдокладчикам ООН по ситуации с правами человека в Беларуси Анаис Марин, по вопросу о пытках и других формах бесчеловечного и унизительного обращения Нилсу Мелзеру, по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение Ирен Хан, а также в рабочую группу ООН по произвольным задержаниям.

Жену Андрея Зельцера Марию Успенскую обвинили в соучастии в убийстве сотрудника КГБ. Судили Марию как «лицо, совершившее общественно опасное действие», поэтому на суде ее интересы представляла ее мать. Судья Валентина Зенькевич назначила ей принудительное лечение в психиатрическом стационаре.

А журналисту Геннадию Можейко, написавшему заметку о погибшем айтишнике Зельцере, дали три года колонии.