Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  2. Что будет, если под постом со свастикой оставить эмодзи-какашку? Представитель ГУБОПиК ответил
  3. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  4. Ждать ли беларусам торнадо 4−5 сентября? Синоптики ответили
  5. «Еле поступили». В Минобразования назвали самую популярную рабочую специальность
  6. Подразделения Сил обороны Украины получили приказ соблюдать временный режим тишины на фронте — «Украинская правда»
  7. Уроженец Беларуси с британским паспортом приехал в Россию на похороны бабушки. Его избили полицейские, а в СК посоветовали покинуть РФ
  8. «Это она». Зеленский официально дал старт операции M&Ms против московских аэропортов — The Atlantic
  9. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  10. Беларуска показала, сколько ей насчитали налога на «роскошное» авто. В комментариях некоторые удивились
  11. Забрали целый регион, назад отдали семь деревень. Вот как последний раз менялась граница Беларуси
  12. Умер один из авторов школьного учебника по истории Беларуси Андрей Соловьянов. Ему было 45 лет
  13. «Вызывают у меня чувство глубокой брезгливости». Статкевич высказался о конфликте Тихановского с независимыми СМИ и блогерами
  14. В МИД Италии объяснили, как подозреваемый в диверсии мог получить визу в Минске. Посольство страны называют «самым щедрым» для туристов
  15. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  16. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  17. Помните вагнеровцев, которых перед выборами-2020 задерживали в Минске и обвиняли в сговоре с Тихановским? Узнали, как сложились их судьбы
  18. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  19. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники
  20. «Пользоваться нельзя будет». «Беларусбанк» призвал клиентов совершить одно действие, чтобы они не столкнулись вскоре с проблемами
  21. Вводят изменение, которое касается пересечения границы
  22. Из-за этого правила можно попасть в пенсионную «ловушку». О нем знают явно не все
  23. На субботу объявили оранжевый уровень опасности
  24. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  25. Лукашенко озадачился зарплатами в Минске


Журналист и редактор «Белсата» Сергей Подсосонный — открытый гей. В новом выпуске шоу «жизнь-малина» он рассказал ведущему Никите Мелкозерову, как его «лечили» при наборе в армию и как КГБ давит на представителей ЛГБТ на допросах.

Сергей Подсосонный в шоу "жизнь-малина", выпуск от 30 сентября 2023 года. Скриншот YouTube
Сергей Подсосонный в шоу «жизнь-малина», выпуск от 30 сентября 2023 года. Скриншот YouTube

Сергей Подсосонный рассказал, что когда его призвали в армию, он не хотел туда идти. Тогда друг посоветовал ему признаться психиатру на военной комиссии в своей гомосексуальности. В этом случае, по его словам, в армию не берут.

— Ну вот я и сказал это психиатру. Он говорит: «Так это же не болезнь». Я отвечаю: «А вы в актах посмотрите», — вспоминает Подсосонный. — Он открыл акты для внутреннего пользования, в которых действительно было написано, что надо что-то с этим делать. Так меня направили на дополнительную экспертизу в Гомельскую психиатрическую больницу. Там мне давали витамины, так как врачи-психиатры все-таки понимают, что это абсурд и что я просто не хочу идти в армию. Но они также должны были выполнять свою работу.

В больнице, говорит Подсосонный, он не ночевал, но каждое утро в 6 часов приезжал на обход и находился там до вечера.

Еще одно столкновение с государством по поводу своей ориентации журналист пережил в начале своей карьеры: в 2007 году его допрашивали в КГБ. В связи с этим ведущий «жизнь-малина» предположил, что силовикам тяжело работать с открытыми геями.

— Да, потому что им не за что на тебя давить, — согласился Подсосонный. — Первое, что мне сказали на допросе в гомельском КГБ: «Мы расскажем всем, что ты гей». Я говорю: «Слушайте, парни, вы опоздали на пару лет. Я уже давно всем все рассказал». Они могут давить так на людей, которые на самом деле держат это втайне. И такие тоже были, в том числе один из моих друзей.

Кроме этого, Подсосонный считает, что однажды к нему подослали силовика под прикрытием, который «хотел его споить, чтобы вытягивать информацию».

— Они промахнулись в том смысле, что я и сам могу много выпить, если нужно, — пошутил журналист. — Ничего не получилось, да и он не был геем. Возможно, они думали, что если он симпатичный и приличный, то я поведусь на это и каким-то образом, флиртуя, начну выдавать информацию. Но я же тоже это вижу.

Он также вспомнил, как его друга однажды избили и после того, как он решил подать заявление в милицию, там ему принесли фотоальбомы со снимками представителей ЛГБТ всего Гомеля: были подозрения, что это кто-то из окружения.

Гость шоу «жизнь-малина» также затронул тему того, что осознание того, гей ты или нет, не возникает внезапно.

— Это все тоже пропагандистские стереотипы, которые говорят, мол, культура, образование или еще что-то может повлиять [на ориентацию]. Но ты просто рождаешься таким человеком. Вот и все, — говорит Подсосонный. — Будучи еще в деревне, когда учился в школе, я понимал, что это другой взгляд. Но тогда у тебя еще нет сексуального образования — и возникает проблема и вопрос: «Я один такой? И что с этим делать? Меня это общество точно не примет». Это большая трагедия и драма: я знаю, как именно в таком возрасте подростки проходят через самоубийства, через очень кризисные состояния и серьезные психологические проблемы.

Журналист сказал, что в принятии себя ему помогло дождаться университетского времени, когда он познакомился с людьми, показавшими своим примером, что быть геем — нормально. Но, по его словам, этот путь был дольше, чем если бы его приняла его семья, а в школе давали бы достаточно информации об этом.