В праздники на въезде в Беларусь образовались огромные очереди: на длинных выходных белорусы, которые живут и работают в Польше, пытались попасть на родину. Многие автовладельцы стали покупать места в очереди, а другие, чтобы бороться с этим, организовали бригады добровольцев-дружинников. Белорусы, которые в праздники застряли в очереди, рассказали MOST, как это было.
«Друзья привозили еду, а их разворачивали»
Екатерина ехала в Беларусь с братом, в машине были четверо несовершеннолетних детей. В очередь в пункте пропуска «Тересполь» девушка встала 21 декабря в 12 часов дня. На тот момент очередь уже растянулась на 10 километров.
— Самое сложное в этом бесконечном ожидании — невозможность сходить в туалет, — делится впечатлениями Екатерина. — Если ты встал в очередь, то должен стоять в ней до последнего, несмотря на естественные потребности. Если захочешь отъехать на 20 минут, то по возвращении свое место занять уже вряд ли получится — сформировавшаяся дружина белорусов-добровольцев попросит встать в самый конец очереди.
Добровольцы — это мужчины, которые не покупали места в очереди и не пытались вклиниться в нее. Они решили контролировать движение автомобилей и объединились в дружину. Ее участники своими автомобилями перекрывали дорогу тем, кто не хотел вставать в конец очереди. Кроме того, они спрашивали, куда и зачем едут такие автомобили. Если узнавали, что водители не хотят честно стоять несколько суток от начала и до конца, то не пропускали их и отправляли в самый конец очереди.
Польская полиция стала выписывать штрафы в 1500 злотых (1220 белорусских рублей по курсу Нацбанка. — Прим. ред.) тем, кто нарушал правила.
«Каждый раз фотографировали свое место»
Но многим честным автомобилистам дружинники доставили хлопот.
— Спустя двое суток мы отъехали в туалет, а на обратном пути эти добровольцы не пускали нас на наше же место. Когда я начала доказывать им, что уже не первый день здесь стою, что со мной четверо детей и я имею право отлучиться, а потом вернуться, стоявшая рядом белоруска нагрубила. Оскорбляла матом и вместе с дружинниками отправляла в конец очереди, чтобы мы заново начали этот квест под названием «Приехать домой на Новый год».
Единственное, что мне помогло все же вернуться на свое место, — это то, что я запомнила, где стоит полиция. И когда дружинники задали мне этот вопрос, я ответила на него правильно, и они от меня отстали. После этого случая мы каждый раз фотографировали свое место, когда уезжали в туалет или за едой, и по возвращении показывали всем фотографии, чтобы они не задавали лишних вопросов.
Муж моей знакомой, который до сих пор стоит в очереди, состоит в этой дружине. По его словам, после того как они начали прогонять «внеочередников», движение в сторону пропускного пункта пошло намного быстрее. Но лично я всю эту систему считаю немного глупой.
Во-первых, некоторым людям, которые не первые сутки стоят в очереди, друзья привозили еду, но их никто не пропускал и разворачивал в обратном направлении.
Во-вторых, каждый раз, когда мы отъезжали на пару минут, волновались, пустят ли нас обратно или придется стоять еще два дня.
«Было очень много тех, кто пытался нагло вклиниться в очередь»
По наблюдениям Екатерины, когда очередь растянулась на 15 километров, желающих вклиниться стало больше.
— Они проезжали вдоль всей очереди и искали свободные места между машинами, чтобы нагло туда вклиниться. Таких было очень много. И из-за этого тот, кто приехал раньше, мог простоять на двое суток больше.
Но были и те, кто продавал свои места. То есть водителям платили деньги, чтобы они стояли в очереди. А когда приближались к пункту пропуска, приезжали, грубо говоря, заказчики, отдавали деньги и вставали на их места. Но к таким людям лично у меня нет вопросов.
Были и те, кто подходили к водителям и прямо задавали вопрос: «Можно я вам заплачу 50 евро и встану перед вами?» Многие соглашались. И в том числе из-за этого очередь в несколько раз увеличивалась.
«Увидели, что у нас четверо детей, и быстро пропустили»
— Изначально мы думали, что граница будет заполнена машинами из-за большого наплыва людей. Однако оказалось иначе: белорусский пропускной пункт был пуст, на польском тоже не было ажиотажа. Я не знаю, почему нам пришлось так долго стоять. Возможно, из-за количества автобусов.
И на польской, и на белорусской границе нам попались очень приятные сотрудники. Они не задавали никаких лишних вопросов и работали достаточно быстро, особенно когда увидели, что у нас четверо детей. А на белорусской границе таможенник так прямо и сказал: «Ладно, не буду вас проверять» — и открыл шлагбаум.
«Три дня в дороге и 33 часа ожидания»
Семья Елены ехала с маленьким ребенком из Белостока в Беларусь через литовский пункт пропуска «Бенякони». По словам девушки, в очереди стояло примерно 200−250 машин.
— Дорога от Белостока до границы заняла около трех часов, но ждать въезда за шлагбаум на границе пришлось намного дольше — 33 часа. Я не возьмусь обвинять пограничников и таможенников, но работали они, мягко говоря, нехотя, поэтому на прохождение литовской и белорусской границы у нас ушло около пяти часов.
Было много тех, кто пытался встать на чужое место, когда кто-то отъехал на заправку, за едой или в туалет. Но некоторые пошли еще дальше: внаглую подходили к водителям в очереди с бумажками наподобие справок и убеждали, что из-за этого их должны пропустить. Таких людей и правда пропускали в очереди, но далеко не все.
Каждый убивал бесконечное время ожидания по-разному. Кто-то играл в игры, кто-то смотрел заранее скачанные фильмы, но многие сидели в машинах и, прямо скажем, бухали. Могло быть и такое, что из пяти человек в автомобиле сидел только один трезвый — водитель.
В целом никаких сюрпризов на границе не было. Телефоны не проверяли и провокационных вопросов не задавали. Только посмотрели вещи, спросили, нет ли перевеса и не везем ли мы больше 10 тысяч долларов.
