«Я в дружбу не верю теперь». Поговорили с Никитой Золотаревым, который провел всю юность в тюрьме, о мести и упущенном времени«Большая мечта — воссоединиться со своими родными. Не думал, конечно, раньше, что мечтать об этом буду».
Экс-политзаключенная Ася Булыбенко показала «артефакты», созданные из обрезков от формы для силовиковДевушка провела в колонии 2,5 года.
«Били с садизмом: закованного в наручники человека, толпой на одного». История инкассатора Яна Папковича, которому дважды добавляли срок в колонии«Это неизбежно, вопрос времени. История все расставит, надо подождать».
«Каханы у 500 м ад вас». Наста Дашкевич в честь годовщины первой встречи с мужем спустя 3,5 года тюрьмы рассказала об этом днеДашкевича освободили в сентябре 2025 года и вывезли из Беларуси в Литву.
«Моя внешность — как у хоккеиста, психика — как у солдата после окопных боев». Экс-узник Юшкевич написал первый пост после 5,5 лет тюрьмыЭкс-политзаключенный рассказал, как привыкает к жизни на свободе.
Водителя BMW, якобы наехавшего на силовиков и бросившего авто в водоеме, уже в третий раз будут судить за «неповиновение»В мае 2021-го Осипова приговорили к 11 годам колонии. Срок заключения ему увеличивали уже дважды.
«Он уже полностью ослеп». Журналист и экс-политзаключенный Дмитрий Семченко рассказал об остающихся за решеткой тяжелобольных узниках«Мы их уговаривали, говорили, что не будет никакого стыда написать эти помилования, чтобы сохранить себе жизнь».
После последнего крупного помилования правозащитники признали политзаключенными в Беларуси 224 человека — «Вясна»«Акрамя таго, за гэты ж перыяд праваабаронцы постфактум прызналі палітвязнямі яшчэ 138 чалавек — на момант прызнання яны ўжо выйшлі на волю», — заявили в «Вясне».
«Яны адпраўлялі мяне ў турыстычнае падарожжа». Максим Знак рассказал, как администрация колонии «поздравляла» его с праздникамиЗнака почти все пять лет содержали в режиме инкоммуникадо.
«Передайте Дональду, я согласен». Как Трамп и его посланники договаривались с Лукашенко об освобождении политзаключенных и что (не) удалосьЗа год после телефонного разговора Лукашенко с Трампом и анонсирования скорого освобождения 1300 политзаключенных, из беларусских тюрем при посредничестве США вышел 461 человек. Только чуть более половины из них получили возможность остаться в стране — остальные были высланы из Беларуси. За решеткой остаются 879 политзаключенных.
«Мы шили в колонии ботинки для „Марко“. Не покупайте их». Поговорили с легендарным барабанщиком, задававшим ритм на протестах 2020-го«Я был именно из тех, кто верил, что вот-вот все изменится и нас освободят. Мне жена так говорила, что „да вы все не отсидите свои сроки, да скоро всех поотпускают“. Но, как видите, свой срок я отсидел».
Уехавшие из-за репрессий беларусы рассказали о своем опыте жизни в лагерях для беженцев — вот их истории«Несколько раз в день можно было выйти на прогулку во внутренний дворик — поиграть в футбол, баскетбол. Но не дальше», — рассказывает бывший политзаключенный.
«Ну, б***ь, пенопласт в растворителе — это не преступление». Поговорили с минчанином, которого задержали за коктейли Молотова«Абсолютно силовой метод не совсем хорош, потому что ты, по сути, просто шило на мыло поменяешь».
Политзаключенной Валентине Наумовой огласили приговорЕй назначили столько, сколько и запросило гособвинение.
«Думаў, што заб'юць». Украінца, які жыў у Беларусі, затрымалі па справе «Гаюна» і пужалі смяротным пакараннем — ён расказаў, як усё былоПасля пачатку поўнамаштабнай вайны мужчына пачаў перадаваць у тэлеграм-канал «Беларускі Гаюн» звесткі пра перамяшчэнні расійскіх войскаў — і за гэта прайшоў праз затрыманні, СІЗА і пагрозы смяротным пакараннем.
В Белостоке вышла книга экс-политзаключенного Николая СтаткевичаКогда она поступит в продажу, пока неизвестно.